Хроника выселения 1944 года в судьбах и лицах

ВКУС КАРТОФЕЛЯ

Айна Магомедова(на фото), 1941 года рождения - выслана в Северный Казахстан(г.Грозный). 

Самого выселения и первых лет ссылки я, конечно, не помню, мне ведь тогда было около четырех лет. Но несколько эпизодов моего несостоявшегося детства не забуду никогда…
Я была младшей из трех сестер. Позже, уже Казахстане, нашего отца забрали. Это я помню ясно, хотя было-то мне всего лет шесть. Его посадили в грузовик и увезли по пыльной дороге, оставив нас – трех малолетних дочерей - совсем одних, без кормильца и опоры. Помню, как мы втроем, плача, долго бежали в клубах дорожной пыли за тем грузовиком… Еще помню, как на последнем нашем свидании отец посадил меня на колени и, прощаясь, сунул мне в карман три рубля – деньги по тем временам большие. На эти деньги мы с сестрами купили много кедровых орешков, конфет и еще какие-то лакомства…
Как мы оказались в детдоме, я забыла, но ясно помню холодную зиму, которую нам пришлось провести в этом сером неприветливом заведении. Дети там всегда были полуголодные, но тем не менее кашу желтоватого оттенка, которой там нас кормили, есть было невозможно. Не знаю, из чего ее готовили, но противный вкус и горечь во рту, которую она оставляла, вряд ли сможет забыть кто-либо из тех, кого пичкали этим варевом… 
Помню, как в один ненастный осенний день ко мне подбежали дети и вдруг начали кричать: «К тебе пришли! К тебе пришли!». Это оказались две мои старшие сестры Залпа и Залпато. Я даже не знала, что они находятся в другом корпусе этого же самого детдома – нам ведь не разрешали никуда выходить. Они принесли мне две громадные картофелины, пожаренные на костре и еще настолько горячие, что порядком обжигали руки. Не понимаю, как сестры их за пазухой донесли! Они сидели возле меня, пока я не съела одну из картофелин. Вторую они мне дали на руки – съесть обе сразу было не под силу. Вкус той не совсем прожаренной картошки помню до сих пор. А еще день, когда мама нашла нас и приехала за нами, – его мне тоже не забыть никогда.
Не было у нас детства, думала, хоть старость будет. Но и она не принесла нам покоя – сами видите, война. Теперь вот 10 тысяч за все эти лишения «великодушно» обещают выдавать, да все никак не выдадут, наверное, решают: может, и эту сумму процентов на 50 сократить? Это просто-напросто наглое оскорбление, брошенное в лицо безвинно пострадавшим людям, всему народу. Дай Бог тому, кто считает эти деньги адекватной компенсацией нашим лишениям, пережить все то, что пережили мы, и получить такую же компенсацию… 

Исмаил КУРБАХАЖИЕВ

Журнал "ДОШ" №1-2012