В своих воспоминаниях заведующий отделом Северо-Осетинского обкома КПСС ингуш Х.Архипов пишет: "Это было в феврале 1944 г в переполненных до предела "телячьих" вагонах, без света и воды почти месяц следовали мы к неизвестному месту назначения. Пошел гулять тиф. Лечения никакого... Во время коротких стоянок, на глухих безлюдных разъездах, возле поезда, в черном от перевозной копоти снегу, хоронили умерших. Уход от вагона, дальше, чем на 5 метров грозил смертью на месте. 
О готовящиеся выселении чеченцев и ингушей знали руководящие работники на местах. Для этой цели прибыли 40 эшелонов и 6000 автомашин. Сталин обвинил тогда Чечено-Ингушский народ в предательстве, бандитизме. 
20 марта 1944 года (почти месяц пути, прим.ред.) некоторые эшелоны прибыли с 491748 депортированными (некоторые эшелоны ехали и больше месяца, прим. ред.). Местное население, колхозы и совхозы были не в состоянии предоставить переселенцам продовольствия, кров и работу. Депортированные были оторваны от своего традиционного образа и жизни, с трудом приобщались к жизни в колхозах. 1959 году численность чеченцев по сравнение 1944г. сократилось до 256 тысяч человек. Ингушей осталось около 50 тысяч человек. В то же время для их проживания были закрыты несколько горных районов, и бывших жителей этих территориий. Стали селить в равнинных аулах, и казачьих станицах."

Моя тетя рассказывала: "В вагонах нас было много, дышать было трудно, пахло навозом, я была беременна, начались роды, я стеснялась, вокруг было много мужчин. Я даже не кричала, сидя, я родила молча. Но мой ребенок умер от неудобств, это был мальчик, я никогда не забываю мужчину, который выкинул на станции умершего ребенка и плакал навзрыд, сел на колени и просил Аллаха, чтоб Он отомстил тому, кто в этом виноват!".

Зина Шабазова.