Вместе с моей матерью, Товсари Лечиевой, вывезли ее мать и шестерых братьев и сестер. Отец отбился от семьи - находился в пути в Ведено, куда вез пшеницу на весеннюю посевную, и только через 3 года сумел найти в Казахстане свою семью. Женщину без мужа и семью детьми взял под свое "покровительство" земляк-депортант из Надтеречного. Он прибрал к своим рукам хлебные карточки Лечиевых и сносно ими кормил свою семью.
У матери были два брата-двойняшек - Хасан и Хусейн. Было им по 2 года. Они проползали ширму, за которой ели положенный им хлеб дети хозяина-надтеречненца. В такие моменты "земляк-верас" ногой зашвыривал братьев-двойняшек обратно, мол, у вас нет отца, никто из вашей семьи не работает, потому-де и карточки хлебные вам не дают. И эти двойняшки, и все остальные, поочередно, пухли с голоду и поумирали на руках матери и старшей сестры - моей мамы. Мать в тончайших подробностях вспоминала, как они исходили пеной с голода и угасали. Вот так умерли все. Осталась моя 13-летняя тогда мать. Слезы от каждого случая воспоминания этой трагедии мать передала мне - теперь и я не могу без немужских всхлипываний вспоминать рассказы мамы. Преемственность поколений. Вместе с радостями и горестями.

Лоьма Чабаев