|
Бывший начальник азербайджанской контрразведки Наги Шеймазанов, будучи уже в эмиграции, писал о своём сотруднике Лаврентии Берия:
"Жил Беpия в Баку с матерью. Очень нуждался. Беpию я принял оперативным работником ОБК по настоянию партии «Гуммет». Двадцатилетний сотрудник отличался работоспособностью и ответственностью. Он не однажды сетовал, что у него только мать – ни отца, ни братьев, и она в бедственном положении. Я назначил его начальником цензурного отдела. Уже тогда он отличался жестокостью и жаждой крови. Он не мог никого прощать. Помню, в его отдел попало письмо семнадцатилетнего русского мальчика. Он писал своей матери, что познакомился с большевиками, что они порядочные люди, что он примкнул к ним.
Когда я узнал, что автора письма привели на допрос, пригласил его к себе и посоветовал ему вообще уехать из Баку, прервать связи с большевиками и впредь быть осторожным. Жалко было мальчишку, попавшего под подозрение только по своей наивности и откровенности. В это время зашел Беpия и буквально задохнулся от возмущения:
– Вы очень мягкосердечны. Как можно отпускать врага? Его надо расстрелять.
– Послушай, но он же ребенок.
– Это не важно. Он – большевик.
– Лаврентий, я слышал, как ты говоришь своим друзьям, что мечтаешь уехать в Америку и стать гангстером… Наша работа – не гангстерство. Нам нельзя убивать людей".
|